Яндекс.Погода

воскресенье, 12 июля

ясно+19 °C

Врач-инфекционист Светлана Шкинева: «Надо просто пережить это время»

29 мая 2020 г., 13:00

Просмотры: 193


В УСЛОВИЯХ ПАНДЕМИИ МЕДИКАМ КАЖДЫЙ ДЕНЬ ПРИХОДИТСЯ РИСКОВАТЬ ЖИЗНЬЮ И ПРИНИМАТЬ СЛОЖНЫЕ РЕШЕНИЯ. О БОРЬБЕ ФРЯЗИНСКИХ ВРАЧЕЙ С КОРОНАВИРУСНОЙ ИНФЕКЦИЕЙ – В ИНТЕРВЬЮ С ДОКТОРОМ СВЕТЛАНОЙ ШКИНЕВОЙ.

 

– Что изменилось в вашей работе после перепрофилирования больницы?


– Я, если честно, до сих пор, как во сне. Многое за эти два месяца изменилось... Почти пять лет я работала заведующей инфекционным отделением со штатом в 13 человек. Весной этого года в связи с коронавирусной пандемией фрязинская городская больница перепрофилирована под пульмонологическую. На 2, 3, 4, 5, 6-й этажи хирургического корпуса привозят пациентов с двусторонними пневмониями и с подозрением на COVID-19. В новых условиях функционал медперсонала, естественно, поменялся. По факту все отделения сейчас занимаются диагностикой профилактикой и лечением пациентов с подозрением на COVID-инфекцию. У отделений есть свои заведующие, на двух этажах работают дополнительно два врача-куратора. Это новые должности, их пришлось ввести, поскольку, например, урологи, гинекологи, травматологи не могут прослушать фонендоскопом лёгкие и бронхи пациента – у них другая специализация, и эти обязанности в  ситуации возложены на кураторов. Из инфекционного корпуса медперсонал распределили по разным этажам. Я сама как главный инфекционист бегаю то там, то там: лечебный процесс, административные, юридические вопросы, проблемные пациенты, организация консилиумов в случае с тяжёлыми больными, взаимодействие с начмедом – это всёсегодня на мне. Если раньше мой рабочий день как врача стационара начинался в 8.00 и заканчивался в 15.12, то сейчас он длится, как правило, до 18-19 часов. И это не только у меня, это у всех наших врачей. Уйти раньше просто не получается. Меня не пускают административная работа и ВКС, докторов – ЕМИАС – система, на которую мы перешли с апреля. Каждого пациента министерство отслеживает в этой системе, и мы, доктора, на каждого пациента пишем в ней дневники. На COVID+ пациентов – по два дневника в день. В 16.00 ежедневно Минздравом делается так называемый срез со всеми вытекающими последствиями, если вдруг что-то не так... Иногда встречаюсь с девочками своими из инфекции, буквально на бегу обмениваемся парой фраз. Многие – похудевшие очень. Спрашивают:
«Светлана Александровна, когда же мы вернёмся в наш корпус, снова будем работать в обычном режиме?». «Вернёмся, – говорю. – Конечно, вернёмся».

Надо просто как-то пережить это время. Всем набраться сил и обязательно пережить.

– Как восприняли ваши близкие перспективу работать с ковидными пациентами?

– Глядя на страны Европы, естественно, мы понимали, что нас ожидает примерно то же самое. Психологически были готовы к тому, что больницы перепрофилируют, и работать придётся в иных условиях. Но думать, чтоб куда-то уйти? Я лично не думала. Да и куда? В Москву, чтобы работать там по факту с тем же? Дочь (она у меня студентка), когда мы с ней обсуждали все риски, сказала: «Мам, у тебя вариантов нет». Я с ней согласилась и даже благодарна за то, что она спокойно отнеслась к этой необходимости, что не подливала масла в огонь, не говорила «уходи оттуда быстрее».

– С какими сложностями столкнулись поначалу?

– Было тяжело. И сейчас не могу сказать, что привыкла. А тогда, в начале апреля, было как в разворачивающемся военном госпитале – открывали стационар на 172 койки по лечению пневмоний. Начали с травмы, где оборудовали шлюзовые входы и выходы, всё надо было рассчитать – лекарства, средства индивидуальной защиты, составить штатное расписание, графики дежурств. Всё было очень непонятно, потому что никто ранее этим не занимался. Новые инструкции и приказы писались едва ли не каждый день. Младший медперсонал старше 60-ти лет сразу уволился. Только из инфекционного отделения заявление написали сразу две медсестры. На их место пришли медсёстры из терапии. Эти полтора месяца работаем с тремя аппаратами ИВЛ. С нетерпением ожидаем ещё аппараты ИВЛ. Непросто поначалу было сохранять эпидрежим: ни в туалет сходить, ни попить, ни поесть, потому что надо переодеться, душ принять, потом опять СИЗ надевать... Мы же первый раз в такой ситуации, не было понимания, куда бежать, что делать. Изначально было намерение разделять тех, у кого мазок положительный, и тех, у кого отрицательный, и переводить пациентов с COVID+ в специализированные стационары. Но COVID-центры не всегда готовы принять наших пациентов. Те, кто поступил к нам, за небольшим исключением, так и остаются у нас на лечение. И наши медики у нас тоже лежат. К сожалению, избежать инфицирования не удаётся. Есть и летальные исходы. Кто-то на больничном дома, у кого-то болезнь протекает почти бессимптомно. Многие подкашливали. А когда сдали кровь на антитела, выяснилось, что есть иммунитет к этому вирусу. И такая информация, как правило, людей очень радует, потому что психологически так проще работать. У нас, я знаю, есть медперсонал, у кого выявлены антитела к иммуноглобулину G, и они готовы бесплатно сдать свою плазму.

– А что вас как врача сегодня может порадовать?

– Любой позитив! В урологии бабулечка одна лежала. Я её по лицу узнала. Она, видно, бывала у нас когда-то. Во время осмотра сказала ей, что помню её, что она наша, фрязинская. А она так живо и доброжелательно на эту вроде бы совсем простую фразу откликнулась, аж глаза посветлели! «Мне же, – говорит, – настолько плохо было, думала, умру здесь, на больничной койке! Спасибо вам, доктора дорогие, намного лучше стало сейчас!».

Некоторые пациенты при выписке не получают результатов мазков – лаборатория в Мытищах перегружена. И врачи наши дают номер своего мобильного телефона, чтобы выписанный пациент позвонил им спустя несколько дней, и они озвучивают ему результаты. Так что наши врачи большие молодцы!

Волонтёры радуют. Они нам вкусности приносят, и пироги пекут, и торты! И со средствами индивидуальной защиты тоже помогают. Каждое отделение получает для сотрудников ежедневно полноценный хороший обед. Такими обе дами наших медиков снабжает фрязинское предприятие «Исток-Аудио».

– Меры социальной поддержки фрязинские врачи получают (гостиницы, такси, денежные оплаты)?

– Да. Я знаю, что многие из наших врачей воспользовались предложением пожить на время пандемии в гостинице «Планета IQ» абсолютно на безвозмездной основе с завтраками и ужинами. Такую помощь медикам фрязинской больницы предоставило вышеупомянутое предприятие «Исток-Аудио». В плане доплат здесь тоже однозначное «да», зарплата в новых условиях согласно занимаемым должностям у нас увеличилась.  Для того, чтобы все медсотрудники нашей больницы получили положенные им деньги, наши экономисты сутками находились на своих рабочих местах. На данный период (по состоянию на 22.05.2020 – прим. ред.) за мартапрель все положенные выплаты сотрудниками получены.

 

СПРАВКА

Светлана ШКИНЕВА, врач-инфекционист.

В 1999 году окончила Московский медико-стоматологический институт, в 2003 – ординатуру.С 2005 по 2015 годы работала во фрязинской городской поликлинике врачом-инфекционистом. С 2015 – завотделением инфекционного корпуса, с апреля 2020 года – заведующая отделением по диагностике, профилактике и лечению COVID ГАУЗ МО ЦГБ им. М.В. Гольца.

Ольга Владимировна Лабецкая